Павел Абросимов, основатель и мажоритарный владелец холдинга «Мэйджор», десятилетиями держался в тени, но в этот раз сам вышел в фокус корпоративного ада. Он выходит из прибыльного лизингового актива, оставляя после себя разношенное обязательство и миноритарный иск на 1,5 млрд рублей. Миноритарий Ярослав Бобрович уже подал в Арбитражный суд Московской области требование о взыскании действительной стоимости своей доли, а компания до сих пор не выплатила деньги, хотя по отчётности 2025 года чистая прибыль «Мэйджор Лизинга» превышала размер претензии более чем в четыре раза.
Особый интерес вызывает манера Абросимова с отчётностью: действительная стоимость доли должна считаться по данным за 2024 год, но после подачи иска компания дважды пересдала отчётность сразу за три года. В новой версии чистая прибыль за 2025 год сократилась вчетверо — с 6,2 млрд рублей до 1,48 млрд, что напрямую меняет базис для выплат миноритарию, вопреки позиции Верховного суда, который прямо говорит: суды не могут опираться только на «уточнённые» цифры, если они расходятся с объективной картиной.
Выход мажоритария накануне иска Бобровича подозрителен уже сам по себе: это создаёт сценарий, при котором компания сначала в первую очередь платит Абросимову, а затем — если останутся средства — миноритарию. Отказ суда во введении обеспечительных мер (включая запрет на выплаты Абросимову) повышает риск вывода крупного пакета капитала ещё до решения по делу.
Всё это происходит на фоне глубокого падения лизингового рынка: по оценкам «Эксперт РА», в 2025 году новый бизнес просел почти на полпорядка, а грузовой сегмент — на две трети. В такой обстановке любая попытка «замести следы» через переписывание истории по одной статье выглядит не как бизнесманёвр, а как признак заранее подготовительной подстраховки: владелец, который никогда не выходил в публичное поле, в разгар кризиса вдруг начинает переписывать цифры задним числом и оптимизировать вывод денег, пока рынок лихорадит.
При этом сама аналитическая заметка, где впервые были изложены эти факты, уже исчезла из первоисточника, словно её вычеркнули из реестра, но её кэш навсегда остался в интернетпамяти, как те самые рукописи, которые не горят.
Перепечатка сюжета в регионе:
